Белгородский государственный музей народной культуры

Проспект Гражданский, 61

работает ежедневно с
10:00 до 19:00,
в среду c 11:00 до 20:00,
выходной - понедельник.
Последняя пятница месяца -
санитарный день.

Вход в музей через двери кафе «Орион»

(4722) 32-21-23 - заказ экскурсий, мастер-классов, музейных уроков, уточнение расписаний

(4722) 32-20-73 - приемная

(4722) 32-13-50 - администратор

   Посмотреть на карте

Электронная почта приемной:

Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript., Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

Белгородский край, с учётом специфики его исторического заселения, является богатым полем для исследователя-этнографа. Здесь нет своего сложившегося образца традиционного народного костюма, не встречается единых способов  его орнаментации. Но существует целый букет всего этого, и именно данный факт служит основанием для изучения типовых мотивов орнамента, принесённого из разных уголков страны, внимательного изучения самой древней белгородской одежды, бытовавшей на нашей территории.

На основе системного изучения и использования регионального материала вышивки, в том числе собранной в текстильных фондах Белгородского государственного музея народной культуры, оказывается возможным практическое обращение молодёжи к ценностным основам традиционной отечественной культуры – в форме познавательных бесед, в дальнейшей индивидуальной жизненной практике. В условиях «визуального поворота» культуры в XXI в., при использовании данного метода закладывается новая перспектива полноценного включения этнохудожественного опыта в творческую и бытийную повседневность человеческой жизни.

На отобранном графическом материале символики сегодня возможно проведение параллелей с высшими триадами универсальных ценностей, таких, как «истина-добро-красота» и «вера-надежда-любовь» (выделены Г. Риккертом[1]), с феноменами жизни и свободы, также определяемыми как ценности. Ставится вопрос о новой специфике их рассмотрения в философском знании, которая подразумевает включение метода визуального восприятия в общенаучное осмысление выделенных категорий. Обосновывая новое обращение к художественному опыту народа в освоении ценностного пространства культуры, следует упомянуть Ж. Делёза[2], представившего человеческую жизнь как процесс познания истины в повседневном опыте вынужденной расшифровки знаков, на вершине иерархии которых находятся произведения искусства. «Единство материального знака и абсолютно духовного смысла», присущее произведению искусства, тем более присуще лаконичному языку народной художественной культуры, с давних времён выразителю и указателю некого «общего места» культуры в целом.

Хорошо известная исследователям книга В.В. Стасова «Русский орнамент: Шитьё, ткани, кружева…» с уникальным иллюстративным материалом повествует нам о том, что древний изобразительный язык был чрезвычайно информативен, не содержал «ни единой праздной линии», но глубокая озабоченность исследователя практически полной утратой содержательной части этого народного знания, к счастью, уже неоднократно оспаривалась последующими научными работами в данном направлении. В настоящее время продолжается систематизация сделанных открытий и их дальнейшее практическое освоение.

В Белгородском регионе на русскую традицию вышивки с её традиционным геометрическим орнаментом оказалось достаточно велико украинское влияние: об этом свидетельствует обилие растительных и растительно-геометрических узоров на рубахах и рушниках во множестве сёл области, особенно более поздних, с использованием вошедших в обиход цветных нитей мулине (20-е гг. прошлого века). Даже фигурка Рожаницы, в вышивке более северных регионов преимущественно антропоморфная или близкая к ней (сочетание зоо- и антропоморфных форм), на изученном материале белгородского текстиля XIX - начале XX в. имеет преимущественно растительные очертания.

орнамент

Тем не менее, основные составляющие в ней сохранены: голова в виде солнечного ромба или цветка, иногда в венце или «короне», воздетые в жесте моления руки-ветви и два мощных раскинутых в стороны завитка или листа вместо ног (символизирует рожающую женщину). Высшее порождающее женское начало достаточно распространено в дошедших до нас обережных орнаментах рушников, настольников, что свидетельствует о значении женщины и её роли в успешном существовании семьи.

Мужское начало и его творящая роль также закреплены в образах региональной вышивки. Прежде всего – в мотиве «бабочка-мужичок» ковровой черноузорной вышивки Белгородско-Воронежского региона, представляющего собой разработку традиционного «арепейного» орнамента.

орнамент

Здесь мужской знак ассоциативно сходен с образом прорастающего Древа жизни (ромб с идущими вверх отростками), а женский, более крупный и кустистый, – с уже разросшимся «Древом». Учитывая символическое значение фигур, соответственно мужская составляющая здесь соотносится с вертикалью (которая воплощает в символике творящий дух)[3] и Древом рода, являясь его основой. Таким образом, в начертании «мужичка» закрепляется смысл почитания отца, хозяина дома, главы семьи. Женская ипостась «бабочка» (или баба), сходная своим начертанием в этой паре с разросшимся Древом (цепочка солнечных ромбов) или процветшим крестом, не менее символична. В символе закреплено значение женщины, связанное с приумножением и процветанием семьи. В символ заложена горизонталь – в формуле творения представляющая материю, с которой соединяется дух, или плоть, или землю. Так соединяется идея плодородия земли с образом будущей плодовитости девушки-невесты, важнейшая в народной культуре, её обереговой символике и аграрной заклинательной магии. Здесь мы видим тот самый комплекс, который выражался в древней Руси понятием Рожаницы – покровительницы как рождаемости, так и урожайности[4].

Чрезвычайно интересен для рассмотрения и изучения формулы семьи и её  ценностной основы восьмилепестковый орнамент «зирка» (он же «роза», «ружа», стилизованный цветок мальвы)[5] – один из самых распространённых и любимых семейных символов в вышивке.

орнамент

Данный цветок представляет собой переходный от растительного к геометрическому тип орнамента и в древнеславянской символике также носит название «алатырь». Название отсылает нас к образу священного Первокамня из волшебных сказок и народных заговоров, связанного с исполнением загаданного желания (для этого необходимо найти заветный алатырь-камень и ударить по нему молотом), с образом осуществлённого Творения. Данный образ совпадает с понятием семьи в традиционной народной культуре – семья в ней является священным творением. Исходя из формулы орнамента, это освящённый Богом (прямой крест) союз двух сердец (перекладины косого креста), который процветает (лепестки-ромбы). То есть, процветание, как и осуществление заветного желания, связывается с благословением Творца.

По лепесткам-ромбам, как это было принято ещё в славянской вышивке, можно различить женский и мужской варианты восьмилепесткового цветка алатыря. Если эти лепестки вытянуты по вертикали и горизонтали и тяготеют, таким образом, к прямому кресту Творца в данном символе, то алатырь считается мужским, обеспечивая и подчёркивая именно мужскую силу этого оберега  в вышивке рушника, рубахи. Если же лепестки-ромбы вытянуты по диагонали и тяготеют к косому кресту – то «алатырь» женский.

орнамент

В осмыслении этого орнамента на общем поле узора вышивальщицы и ткачихи разработали ещё один аспект – семья и общество. Череда цветков-алатырей на рушнике может быть заключена в связанные друг с другом ромбы «ока Божьего» – как бы подчёркивается созидательная взаимосвязь семей-ячеек и божественный «присмотр». В региональной вышивке можно во множестве встретить разработки женского алатыря, когда от его лепестков расходятся по диагонали дополнительные, довольно мощные растительные мотивы (см., например, в шебекинских рушниках-«свадьбешниках»). В другом варианте орнамента, при расположении семейных гнёздышек-алатырей эти отходящие диагональные мотивы-связки образуют косую сеть, покрывающую весь ярус земного мира на рушнике. Таким образом, получается своеобразный ковёр человеческой общности, в который включена семья. И, действительно, этот же тип орнаментации присущ свадебным коврам, которыми покрывали сани молодожёнов в белгородских сёлах.

Ещё один важнейший предмет, который имеет семья в своём хозяйстве – это прямоугольный деревянный стол, ставившийся всегда, согласно традиции, в красный угол. «Стол – ладонь Божья», гласит пословица. А покрывал такой стол настольник, прототип современной скатерти[6], состоявший традиционно из трёх важных частей: двух одинаковых полотнищ (имеющих точное подобие рушников), сшитых нарядно орнаментированной прошвой-тканкой. Такая конструкция может быть объяснена тем, что обычный холст на ткацком стане не мог иметь достаточной ширины, чтобы занять всю плоскость стола. Но существует и другое объяснение: две дороги-судьбы соединяются в одну, и обереговые символы-пожелания вдоль этой общей теперь «дороги» призваны обеспечить на ней достаток и счастье. Это могут быть украшенные цветами «бесконечники», символика зерна и поля, полосы земной и небесной тверди, фигурки Рожаниц. Подобную же конструкцию имеет детская праздничная (крестильная) пелёнка. Она также богато орнаментируется, но с одного края, и украшена преимущественно символами семьи и Творца, оберегающими новорождённого. На одной из таких пелёнок, например, с. II-Новосёловка Ивнянского района, в кайме два основных мотива: в верхнем ярусе око Божье[7], а ниже – семейные символы косых крестиков в череде «лодочек», плывущих по засеянному зерном полю.

орнаментЭти лодочки тоже являются разновидностью «Ока», а точнее, его разработкой. Это два соединённых вместе духовных «ока» – жены и мужа – представляющих теперь их общую ладью духа, которая в гармоничной семье никогда не «треснет».  Ладью духа (таково древнеславянское название данной фигуры орнамента) можно встретить в вышивке районов Белгородской области, где бытует самый древний из сохранившихся у нас панёвный комплекс женской одежды (Красненский, Красногвардейский и Алексеевский). На поликах и форботах белых домотканых рубах, украшенных геометрическим ковром старинной черноузорной вышивки в технике набор, встречаются два соединённых вместе «ока» (местное название полосы основного узора «шлях»), а также слившихся в маленькие ладьи (местное название узора «гробочки»), которые тоже плывут по богато орнаментированному полю в соседстве с другими, очень древними символами, в том числе с индоевропейскими космогоническими орнаментами.

орнамент

Исходя из сказанного, основными ценностями, обеспечивавшими полноценное существование семьи и продолжение рода, в народной традиции являются: любовь к природе и связанное с ней чувство красоты, религиозность в осознании и уважении высшего творящего начала, равноправное взаимодополнение в союзе, осознание особенности роли каждого в этом союзе, преемственности и ответственности.


Ссылка на публикацию:

Шведова И.В. Семейные ценности в символике орнамента традиционной народной культуры // Семейные традиции: история и современность. Материалы областной научно-практической конференции. Белгород: КОНСТАНТА, 2015. С. 60-65.


[1] Риккерт, Г. Границы естественнонаучного образования понятий: логическое введение в историю науки – СПб.: Наука, 1997. – 532с.

[2] Делёз, Жиль. Марсель Пруст и знаки. Сборник статей // Пер. с франц. Е.Г.Соколова. лаборатория метафизических исследований при философском факультете СПбГУ. – СПб.: «Алетейя», 1999.

[3] Рошаль, В.М. Язык символов: числа, фигуры, время. – М.: ЭКСМО, 2005. – 400 с.

[4] Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. – М.: Наука, 1981.

[5] Шведова И.В., Мировоззренческая основа народной культуры в её традиционной символике  // Этнокультурное наследие Белгородчины: проблемы сохранения и изучения. Белгород: КОНСТАНТА, 2014.

[6] О чём рассказали старые вещи /Авт.- сост. Басаргина А.А. – Б.: ИПЦ «ПОЛИТЕРРА», 2011. – 87 с.

[7] Кутенков П.И. Великорусская женская сряда. Сядемская и вяземская крестьянская родовые культуры (середина XIX – начало XX в.). – Книга 1. Ч.1. – СПб.: факультет филологии и искусств Санкт-Петербургского университета, 2010. – 176 с.