Белгородский государственный музей народной культуры

пр. Гражданский, 61ул. Мичурина, 43

Музей на пр. Гражданский, 61

работает ежедневно с
10:00 до 18:00,
в среду c 12:00 до 21:00,
выходной - понедельник.
Последняя пятница месяца -
санитарный день.

Вход в музей через двери кафе «Орион»

(4722) 32-21-23 - заказ экскурсий, мастер-классов, музейных уроков, уточнение расписаний

(4722) 32-20-73 - приемная

(4722) 33-67-56 - администратор

   Посмотреть на карте

Экспозиция музея на ул. Мичурина, 43

работает ежедневно с
10:00 до 18:00,
Суббота, воскресенье –
выходные дни
Последняя пятница месяца -
санитарный день

(4722) 26-84-96 - заказ экскурсий, мастер-классов, музейных уроков, уточнение расписаний

   Посмотреть на карте

Электронная почта

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра., Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Православная, обрядовая кухня

Православная, обрядовая кухня

Рецепты православной и обрядовой кухни
Еда в жизни классиков

Еда в жизни классиков

Еда в жизни классиков и известных людей России
История блюд

История блюд

История блюд русской кухни

Гончаров...Современники вспоминают, что среди русских писателей всегда царил культ еды. Например, намечая маршрут похода, они подробно обсуждали меню, где и что будут есть. В одном городе обращали внимание на устрицы, в другом - на дичь, в следующем - на вина.

Когда Илья Ильич Обломов приезжал в родимую Обломовку, не знали чем и накормить родного сыночка. Напекут ему булочек и крендельков да в дорогу дадут соленья, печенья, варенья и всяких других сухих и мокрых лакомств.

- Там не разъешься (в Петербурге), - говорили обломовцы. - Обедать-то дадут супу, да жаркого, да картофеля, к чаю масла, а ужинать-то морген фри-нос утри. ( Морген фри - нос утри (шуточн. простон.) - о несбыточном).

Однажды в городе Гончаров пришел в гости, и ему предложили к жар-кому кислой капусты, заметив, что после обедов в Hotel de France он, ве-роятно, не захочет есть такое кушанье. «Отчего же? Капуста - это букет обеда», - ответил Иван Александрович и с аппетитом покушал капусты.

Многие пиры заканчивались печально. Мучила, палила горло жажда - «выпивается чашек по двенадцать чаю, но это не помогает... прибегают к брусничной, к грушевой воде, к квасу, а иные и к врачебному пособию, чтоб только залить засуху в горле». Однако удар случался частенько. Тогда обломовцы валялись и стонали, обкладывая голову огурцами, закладывали в уши клюкву, нюхали хрен, другой уйдет в одной рубашке на мороз, а иной просто валяется без чувств на полу...

...Шел 1852 год. Кругосветные плаванья были тогда большой редкостью. И вот Гончаров на фрегате «Паллада» уезжает из мокрого Петербурга повидать мир. Путевые очерки были встречены в России на ура. Вот где развернулась рука мастера - Гойя и Рембрандт отдыхают. Правда, за границей ели не столь эпохально, как в родимой сторонке, но глаз Гончарова заметил многое.

В Японии: «Почиваем, кушаем превосходную рыбу ежедневно, в ухе, в пирогах, холодную, жареную; раков тоже, с клешнями, без клешней, толстокожих, с усами и без оных, круглых и длинных».

- А вы пробовали сырую рыбу?

- Нет, а где она?

- Да вот, нарезана длинными тесьмами...

В Китае: «Я увидел даже щи - да, ленивые щи: в кипятке варят кочан от-личной зеленой капусты и кусок, кажется, баранины. Есть и оладьи, и жа-реная свинина, и пирожки... Каких соусов нет тут! Всё это варится, печется, кипит, трещит и теплым, пахучим паром разносится повсюду...Особенно два противных запаха преследуют: отвратительного растительного масла, кажется, кунжутного, и чесноку».

Особенно интересовал Ивана Александровича Гончарова чай. В Японии подали чай отличный, как желтый китайский. Он густ, крепок и ароматен, только без сахару. Гончаров замечает, что русскому человеку надо знать, что такое чашка чаю, когда войдешь в трескучий тридцатиградусный мороз в теплую комнату и сядешь около самовара.

Однако в другой раз поданный японцами чай с гвоздичными головками на дне ему не понравился - какое варварство!

Не оставлено без внимания разнообразие живой природы иностранщины. Им были отмечены диковины - апельсины и ананасы, бананы и даже камфорное дерево.

«Мне подали всю связку (бананов). Я оторвал один и очистил - кожа сле-зает почти от прикосновения, попробовал - не понравилось мне: пресно, отчасти сладко, но вяло и приторно, вкус мучнистый, похоже немного и на картофель, и на дыню, только не так сладко, как дыня, и без аромата.

Ананасы лежали грудами, как у нас репа и картофель - и какие! Я не ду-мал, чтоб они достигали такой величины и красоты. Сейчас разрезал и стал есть: сок тёк по рукам, по тарелке, капал на пол...

Однако как бы там ни было, И.А. Гончаров, отведавши заморских яств, делает вывод: «Мы так глубоко вросли корнями у себя дома, что куда и как надолго бы я ни заехал, я всюду унесу почву родной Обломовки на ногах и никакие океаны не смоют её».