В начале XX века на Корочанской, а затем Императорской улице было множество торговых и общественных заведений. В их числе Русско-Азиатский банк, четыре из восьми городских аптек, пять из тринадцати действовавших в разное время фотоателье, единственные в городе музыкальный магазин и магазин швейных машин «Зингер», все три городских кинематографа – «Орион», «Иллюзион» и «Биограф Пате».

На центральной улице города в двухэтажном каменном здании располагалась городская управа, образованная в соответствии с «Городовым положением», вышедшим 16 июня 1870 года. В том же здании находилась городская Дума, Общественный Николая Чумичева банк, общественная публичная библиотека, уездное казначейство, архив и городское общество взаимного от огня страхования имуществ.

На Корочанской  улице была и самая большая в городе типография купца II гильдии Александра Александровича Вейнбаума. В здании, построенном Вейнбаумом в 1903 году, размещались также лучшие в Белгороде гостиничные номера, книжный и писчебумажный магазин, аптекарский магазин Когана.

Издавна с особым почтением горожане относились к церквям. В Белгороде в начале ХХ века действовали более 15 храмов, три из которых располагались на главной улице города:  Смоленская церковь, Успенско-Михайловская церковь и Введенская церковь.

На северо-восточном углу улиц Корочанской и Старо-Московской располагался двухэтажный каменный дом, известный белгородцам как дом купца Самойлова. В архивных документах он числится как «дом двухэтажный, каменный, под домом разные торговые помещения, шесть номеров лавок, над ними жилое помещение». На первом этаже размещался аптекарский магазин Когана и фруктовый магазин Сапунова. На втором — клуб общественного собрания и фотография Иоакима Петровича Борковского. Работал в доме также магазин дамских шляп и мануфактурных изделий Евгении Абрамовны Рахлин.

Информация о материале

Категория: Улица уездного города

Просмотров: 988

Рекламные тумбы в форме колонны, состоящие из трех частей – цоколя, барабана и карниза, с середины XIX века распространились по всей Европе. Объявления, плакаты, рекламу товаров, афиши спектаклей и концертов, - все это можно было найти на афишных тумбах задолго до эпохи интернета. Эти "информационные платформы" служат нам и сейчас.

В конце XIX–начале XX века по примеру европейских стран афишные тумбы появились сначала в Москве и Петербурге, а затем и в других городах России. Причем именовались они не тумбами, а столбами. На картинах и фотографиях, запечатлевших улицы российских городов того времени, можно увидеть, что  афишные тумбы представляли собой сооружения цилиндрической или шестигранной формы с конусообразным верхом-шапочкой. Размещались они на краю тротуара вплотную к проезжей части, что позволяло, не мешая движению, обозревать афиши и плакаты как пешеходам, так и пассажирам экипажей и колясок.

Изготовлялись афишные тумбы из дерева. Вертикально установленные на небольшом цоколе доски соединялись между собой наподобие бочки, сверху они фиксировались деревянной “звездочкой”, так же изготовленной из досок, соединенных между собой под небольшим углом. Затем верхняя часть покрывалась кровельным железом.

Облик тумб с годами, конечно, менялся, но не слишком радикально. За время существования афишных тумб в дореволюционной России сменилось несколько их вариантов, отличались они, главным образом, устройством крыши. А высота оставалась в пределах от 2,20 до 3,60 метров.

Афишные тумбы привлекали внимание.

Места под размещение афишных тумб выдавались частным лицам в аренду городскими властями. Арендатор тумбы получал исключительное право на расклейку афиш и анонсов о разного рода театральных представлениях и всякого рода зрелищах и увеселениях, но центральное место с самого начала занимали на них рекламные объявления. Правда, предприниматель обязан был размещать также всевозможные указы, постановления властей и тому подобное, но появлялись они среди пестрой и броской рекламной информации относительно редко.

Сложно сказать, какой толщины могла стать эта старая афишная тумба, если бы с неё все полтора века её жизни не снимали поклеенные афиши. На своем веку она видела самых именитых звёзд, самые яркие театральные представления, самые лучшие концерты. Она знает историю города лучше любого жителя. 

Информация о материале

Категория: Улица уездного города

Просмотров: 698

К концу XIX века фотоателье появились практически во всех регионах России, в том числе и на Белгородчине. Для того чтобы заниматься фотографией, необходимо было получить специальное разрешение губернатора. В Белгороде в конце XIX - начале ХХ века в разное время работало 12 фотомастеров.

Иметь на память фотографии родственников или друзей желали многие, и в фотоателье можно было встретить представителей всех слоев городского населения. Визит в фотомастерскую был настоящим событием, он требовал от посетителей особого внимания к одежде, прическе. Многие семьи отдавали предпочтение тому или иному фотографу и ходили сниматься исключительно в его мастерскую.

Постепенно складывался круг фотографов, пользовавшихся особой популярностью. Одни фотографы работали долгие годы и процветали, другие же быстро закрывали «дело».

Первым в Белгороде открыл фотоателье в 1877 году стародубский мещанин Григорий Герасимович Радкевич.

Через 2 года свои услуги по фотографии предложил саксонский подданный Юлий Евграфович Глентцнер, владевший также фотоателье в Харькове. В Белгороде его мастерская располагалась на улице Соборной (ныне Свято-Троицкий бульвар) в доме Чумичевых, позже, в 1882 году, Глентцнер продал фотодело в Белгороде и Харькове своему управляющему - нашему земляку Алексею Михайловичу Иваницкому.

В конце 1880-х - начале 1890-х годов в Белгороде работало фотоателье потомственного почетного гражданина Сергея Николаевича Новомирского. Его фотография также находилась на Соборной улице напротив Свято-Троицкого мужского монастыря.

20 сентября 1892 года на Корочанской улице (ныне Гражданский проспект) в доме Черкашиных фотографическое заведение открыл запасной старший унтер-офицер из потомственных почетных граждан Константин Андреевич Скорупский, одарённый фотограф, учившийся в Москве у прославленных мастеров искусства светописи. Кроме белгородской мастерской он имел павильоны в Рыльске, Льгове, Обояни, а в начале 1910-х годов открыл мастерскую в Старом Осколе на Курской улице.

В том же году, что и Скорупский, в Белгороде организовал фотодело крестьянин Харьковской губернии Семен Филиппович Полушкин. Фотография Полушкина проработала в городе дольше всех (более 20 лет). Находилась она в доме Конакова на углу улиц Корочанской (ныне Гражданский проспект) и Старо-Московской (ныне улица Попова). Вход в фотоателье был со стороны Старо-Московской улицы (со стороны современной центральной площади Белгорода).

В начале ХХ века в Белгороде заработало фотоателье выпускника Петербургской академии художеств Григория Николаевича Оже, но просуществовало оно недолго.

В 1904 году свою фотографию открыл Иоаким Петрович Борковский. Он известен как автор ярких портретов, в большом количестве сохранившихся до наших дней. За хорошую работу Борковский был удостоен благодарности Курской ученой архивной комиссии. Его фотоателье находилось в доме Конакова, а затем в доме Самойлова на углу улиц Императора Николая II (ныне Гражданский проспект) и Старо-Московской (старожилы помнят этот дом как клуб железнодорожников им. Ленина).

В начале ХХ века белгородцам также предлагали свои услуги фотографы Георгий Степанович Мартьянов и Виталий Секерка (фотоателье находилось в доме Самойлова), работала электрофотография «Миниатюр» Чудновского.

Фотоаппарат «Фотокор-1»

Фотография

Информация о материале

Категория: Улица уездного города

Просмотров: 813

Купечество – это исторически сложившаяся профессионально-социальная группа, отличавшаяся от других социумов российского общества по роду занятий и общественному статусу.

«Купцом» первоначально называли любого человека, совершавшего торговую сделку, т.е. покупавшего или  продававшего тот или иной товар. Купец был посредником между производителем товара и покупателем.

Купечество состояло из трех гильдий, разделенных имущественным цензом. Для вступления в первую гильдию надо было иметь не менее 10 тыс. рублей  капитала, во вторую – не менее 1 тыс. рублей, в третью - не менее 500 рублей, с которых вступающий в гильдию купец обязан был платить 1% налога ежегодно. При этом купцы пользовались определенными для каждой гильдии привилегиями: купцам первой гильдии  разрешалось вести внешнюю торговлю, иметь фабрики и заводы; второй - внутренний оптовый  и розничный торг; третьей - мелочную торговлю «по городу и уезду».

В старом Белгороде, типичном уездном купеческом городе, проживали целые династии купцов, сделавших немало добрых дел для своего родного города: Чумичёвы, Селивановы, Фроловы, Голевы. Но даже среди них особенно выделялась династия купцов Мачуриных, отличительными чертами которых были бескорыстие и благотворительность.

В конце XIX - начале XX столетия на улицах Белгорода находилось множество самых разнообразных частных магазинов и лавок. Известностью и популярностью у белгородцев пользовались универсальный магазин Стрельникова, мануфактурно-галантерейные магазины Фролова и Пивоварова, черно-бакалейные - Самойлова, Пискалова и Кудрявцева, бакалейный магазин Никулина, фруктовый - Сапунова, винный - Курдюмова, посудохозяйственный - Беркина и другие.

Информация о материале

Категория: Улица уездного города

Просмотров: 876

Для наших предшественников, как и для нас, заботы о туалете были неотъемлемой частью быта. Богатый и разнообразный гардероб был обязателен для представительниц всех сословий. У горожанки, особенно состоятельной и с положением в обществе, должно быть достаточное количество праздничных нарядов.

В российских городах в начале ХХ века основными местами торговли одеждой были Гостиные дворы, но существовали и маленькие магазинчики. С ростом городского населения неуклонно росло количество модных магазинов и «ремесленных мастерских по производству дамских модных уборов». В конце XIX века подобные заведения разделяются на модные магазины, белошвейные заведения и магазины готового платья, мастерские женских портних, мануфактурные и галантерейные магазины.

Состоятельные горожане нуждались в изделиях высокого качества: приёмы, балы, праздники, музыкальные вечера и спектакли, званые обеды, праздничные гулянья требовали от участников церемоний быть хорошо и в соответствии со случаем одетыми.

Торговля даже в небольших городах предлагала достаточный выбор товаров, в том числе по качеству и по цене. Посетителей манили затейливо оформленные витрины, учтивое обслуживание и комфортный интерьер. Владельцы магазинов готового платья и портняжных мастерских старались подражать столичным модным лавкам, собирая там возможно больше из того, что вкус и мода изобрели в Париже и Лондоне, чтобы полнее «удовлетворить желаниям, прихотям» клиентов.

По данным Белгородской Городской Думы, в 1909 году в Белгороде изготавливали одежду в 9 портняжных и 2 картузных мастерских. Известны имена и адреса некоторых владельцев лавок и мастерских начала ХХ века: в Гостином дворе располагались лавки купцов Фролова и Пивоварова по продаже мануфактуры и галантереи. В доме Самойловой на углу Старо-Московской и Императорской улиц был «Модно-галантерейный и Обувный» магазин А.Н. Корачкова. Здесь же располагалась мастерская Е.А. Рахлин. На Императорской улице держали свои мастерские мужской портной Л.Я. Шехтер и дамские портные Ф.О. Котин и А.П. Гуревич.

Кроме того, были магазины и лавки, где продавались:

• Галантерея и крамарский товар – 80 магазинов/лавок
• Готовое платье и крестьянская одежда – 15
• Мануфактура – 15
• Чулочные изделия - 6
• Холсты – 4
• Шляпы – 2
• Швейные машины –1
• Ювелирные изделия – 6.

(Путеводитель по Белгороду. И. Кулегаев. 1911 г.)

Богатые дамы из провинции имели возможность выписывать туалеты из Москвы и Петербурга, иногда – из Парижа, но в основном горожане покупали одежду в небольших магазинах готового платья, либо заказывали портным. В российских городах были портные разного уровня: те, кто обслуживал знать и те, к кому обращались люди с более скромными доходами. Портних, шьющих одежду для дам, называли модистками.

Посещая мастерскую модистки, заказчицы могли просмотреть «модные картинки», посоветоваться с хозяйкой, выбрать и обсудить модель будущего платья. Выбирая фасон, дамы руководствовались модными журналами и модными картинками. Их получали из Парижа, а с начала XIX века в России начали регулярно выходить журналы мод («Московский Меркурий», «Модный вестник», «Всеобщий модный журнал», «Модный магазин»), а также французские модели помещали художественно-литературные журналы «Библиотека для чтения», «Современник».

При примерках использовались ширмы, вошедшие в моду в XIX веке. Пока дама делала заказ или занималась примеркой костюма, её спутник мог подождать её, отдыхая в кресле, полистать журнальные новинки.

Здесь же можно было приобрести или заказать разные дамские мелочи: перчатки, веер, шляпные булавки, изящные флаконы и пр.

Модистка могла шить одежду сама, но чаще хозяйка мастерской держала небольшой штат работниц. В начале ХХ века одежду шили уже на швейных машинах «Зингер», но тонкую ручную работу выполняли белошвейки. Готовые заказы доставлялись на дом привилегированных заказчиц.

Информация о материале

Категория: Улица уездного города

Просмотров: 804